Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования

Свиристели и урок культурологии

СвиристельПоздним утром 16 декабря 2012 года, аккурат в воскресенье, морозным Московским утром я был разбужен дочерью, которая задала мне странный вопрос: «Папа, а что это за красивая птичка прыгает по веткам за окном, у неё смешной коричневый хохолок на голове и коричнево-серая раскраска»? Сквозь сон я пробурчал, что это зяблик, и вознамерился всё-таки продолжать отсыпаться за всю предыдущую рабочую неделю. Но не тут-то было! Через 3 минуты к дочери с восторженными оханьями и аханьями присоединилась жена. Они так увлечённо наблюдали за кем-то в окно, что я не выдержал и тоже поднялся. За окном, по веткам ближайшей берёзы прыгали и перепархивали с ветки на ветку красивые и необычные птицы.

Нет ребята, это не зяблики! Они как минимум в два раза больше по размеру, у них смешной, непропорционально короткий, как будто обрубленный, хвост с ярко-жёлтыми точками на конце. Птицы чем-то отдалённо напоминали снегирей и даже попугаев корелла. Не помню, чтобы хоть раз видел таких птиц в живую. А вот на картинках — видел!

Память наша устроена странно. Видимо в уголках нашего мозга всё-таки откладывается полезная информация, накопленная в разные периоды жизни. Верите или нет, но первое же название птиц, которое пришло мне в голову, оказалось верным! Это же свиристели! Буквально через 2 минуты слова мои подтвердил и Яндекс, открыв страничку с фотографиями этих симпатичных пташек.

У меня в мозгу всплыли обрывки когда-то читаной статьи из Большого Энцеклопедического Словаря, изданного еще в СССР. Свиристели (лат. Bombycilla) — птицы из отряда воробьинообразных, проживающие где-то в северных лесах Сибири. Но откуда Свиристели оказались в Москве?

Эту статью из БЭС я запомнил не просто так. Со свиристелями был связан у меня один забавный случай. Я тогда учился на первом курсе технического университета в одном из городов северного Казахстана и одновременно в музыкальном колледже. И так вышло, что в обоих учебных заведениях (правда в контексте разных предметов) мы изучали историю культуры, в частности культуру эпохи Возрождения.

В колледже эпоху Возрождения нам преподавал искусствовед, талантливейшая женщина педагог, которая не только интересно вела занятия, но и умудрялась  достучаться до каждого, заинтересовать своим предметом. Мы рассматривали картины, слушали музыкальные произведения, анализировали исторические и культурные события того времени, искали скрытые причины и связи между процессами, протекавшими в культурной, научной, религиозной и политической жизни того времени. И хотя упор в большей степени делался на музыку, но назвать наши занятия обычной «Музыкальной литературой», язык не поворачивается — уж слишком многогранно и глубоко подавался нам этот материал.

А в техническом вузе предмет назывался культурологией. Преподавался он скучнейшим канцелярским языком по скучному академическому учебнику, а вёл предмет очень неприятный тип (профессор), мужик вредный и заносчивый. Может он и знал что-то, но студентов презирал и за людей не считал, полагая всех нас глупыми кретинами. Студенты его не любили, отвечая ему взаимностью. Нередки были случаи, когда на сдаче экзамена неуд получал весь поток. И ведь делал он это не из-за взяток, а из любви к искусству, правда не знаю к какому искусству, наверное к искусству унижения окружающих.

Был я тогда человеком наивным и неискушённым в Вузовских интригах (что взять с первокурсника?), поэтому когда на одном из семинаров профессор стал разглагольствовать на тему Ренессанса и его роли в истории европейской культуры, я взял и ляпнул, что по данному вопросу существует несколько трактовок, которые существенно отличаются от его версии (в памяти моей были свежи яркие и увлекательные уроки моего искусствоведа, последний из которых был накануне).

Ребята студенты посмотрели на меня как на смертника. А я этого по наивности не понял. Я даже еще не понял, что экзамена по культурологии мне не видать как своих ушей. В общем профессор с сарказмом и наигранным снисхождением меня при всей аудитории обломал, прервал, поставил неуд за семинар, посоветовал изучить учебник, прежде чем пытаться спорить с ним, владыкой морским!

И мне было так обидно, да не за двойку, и не за облом перед всей аудиторией, а за то, что я был по сути прав, а меня даже не попытались выслушать. Кроме своего учебника профессор похоже и знать ничего не желал, а уж инакомыслие и попрание авторитетов (его в том числе) стерпеть просто не мог. Но где же свиристели?

Разглагольствуя на тему студентов выскочек (понятно, кого он имел виду), он плавно перешел на людей искусства, которые все поголовно такие фантазёры! Вот взять поэтов: ради красивой рифмы придумывают слова несуществующие. И процитировал несколько строчек из стихотворения типа такого: «Запорхали, засвистели, прилетели свиристели…». Вот что это такое, свиристели? Свирель есть — инструмент музыкальный, а свиристели, что это за чушь собачья? Ах эти поэты — фантазёры!

Свиристель на рукеТут я снова возьми и ляпни — так это же птицы такие, свиристели! Тут профессор не на шутку вышел из себя. Какие такие птицы? Кто это сказал? Он поднял меня перед аудиторией и промолвил: «Посмотрите на этого человека! Зелёный, малообразованный студент, а туда же лезет, меня учить!. Вот такие неучи потом получаются… и т.д. и т.п. Нет, молодой человек, таких птиц! Это всё ваши фантазии. Наверное вы тоже из этих…из поэтов!» Я молча сел на своё место под хохот аудитории, оплёванный и униженный. А через 2-3 дня собственно наступил экзамен по культурологии. Из потока (60 человек), культурологию не сдал никто (!!!), хотя на потоке было много серьёзных и старательных ребят, кто хорошо учил предмет. Сей факт возмутил даже декана электротехнического факультета, для которого культурология была лишь элементом образовательной программы, но ни как не профильным предметом, из-за которого его ребята не могут сдать сессию.

Пересдача была назначена через неделю. В этот раз дело двигалось чуть лучше, хоть и со скрипом. Видимо у профессора случился с деканом преинтереснейший разговор, поэтому не сдавал экзамен уже только каждый второй студент. Что и кому этим хотел доказать профессор, я до сих пор не знаю. Выйдя с билетом одним из первых, я оттарабанил ответы на два своих вопроса. Преподаватель смотрел на меня кровожадно, он явно запомнил меня. Он знал, что я знаю материал. Он видел, что все с интересом следят за тем, поставят ли мне оценку или отправят на пересдачу. Он колебался. Наконец он смилостивился и, поставив мне в зачетку трояк, снисходительно отпустил меня на все четыре стороны, показав, кто в доме хозяин. Мне снова было обидно, я понимал, что эта тройка — незаслуженная! Но возмущаться я не стал.

В руке у меня уже давно была зажата магическая бумажка. И как только в зачетке и в ведомости я увидел проставленную оценку (экзамен сдан!), я решился! Уважаемый…. (я громко назвал профессора по имени и отчеству)! Вот тут давеча, в этой же аудитории, перед всеми присутствующими, Вы назвали меня неучем и фантазёром… Профессор насторожился, а я вежливо продолжал. Так вот, позвольте мне прочитать несколько строчек и донести до всех вас эту интересную информацию!

Я развернул бумажку и громким и чётким голосом продекламировал: «Свиристели — певчие птицы отряда воробьинообразных. Длина тела составляет 18—23 см, масса — до 60—70 граммов, с заметным хохолком на головке. Обитают … питаются… размножаются и т.д. и т.п. Источник: БЭС, год издания такой-то, стр. такая-то». За сим разрешите откланяться.

Профессор сидел молча и удивлённо, еще по настоящему не вкурив, что мой финт — это огромный удар по его и так шаткому авторитету. Аудитория зашевелилась, раздались редкие смешки и перешептывания. Похоже никто не ожидал от меня подобной смелости и дерзости. Я же действовал в рамках приличия, никого словом не оскорблял, да и терять мне уже было нечего, оценка-то в зачетке! Я оставил бумажку на столе перед профессором, громко сказал: «До свидания!» и вышел за дверь, за которой толпились не сдавшие экзамен сокурсники.

А потом к выходу потянулись остальные. Они выходили с нервными смешками, подходили ко мне и истерически посмеиваясь говорили: «Ну ты и отмочил!». Ведь этот старый хрыч сейчас сидит, смотрит в потолок и повторяет вслух как заведённый, хмыкая через раз: «Да уж, свиристели! Кто бы мог подумать! Свиристели!». Что интересно, больше он никого в этот день не завалил, поставил всем трояки! А мои одногруппники потом долго посмеивались, вспоминая этот случай со свиристелями на экзамене по культурологии.

Да уж, свиристели! Вот такая вот история. Вот почему я запомнил на всю жизнь эту статью из энциклопедии, хотя ни разу не видел этих птиц в природе, уж сильно южнее привычных ареалов обитания этих пернатых я в то время жил. И вот тебе на! Теперь, за окном, предо мной целая стая этих самых… этих свиристелей! А как они щебечут, свиристят! Свиристелями их и назвали за их смешные мелодичные и задорные звуки-трели, которые не спутаешь ни с синичьим свистом ни с воробьиным гвалтом, даром, что они все — родственники (отряд воробьинообразные)!

Стая Свиристелей

Как оказалось, свиристели в Москве — это не ежедневное явление, но и не такая уж редкость. В Московских дворах свиристели появляются  пару раз в год, когда гонимые морозами и голодом кочуют в поисках пропитания, а потом, по весне, возвращаются на места своего гнездования. Иногда, в особо суровые зимы свиристели могут задержаться в Москве и на 2-3 месяца. Свиристелей узнать легко. Эти птички сразу бросаются в глаза, контрастируя с привычными унылыми грязно-коричневыми воробьями и не менее унылыми голубями. Окраска у свиристелей розовато-серая, крылья черные с желтыми и белыми полосками, хвост, горло и полоска через глаз черные с жёлтыми точками. Хвост смешной, непропорционально короткий, по краю хвоста жёлтая полоса, на крыле узкая белая полоска. На голове — характерный пушистый хохолок. Самки и самцы мало отличаются друг от друга по окрасу.

Вопреки расхожему стереотипу, свиристели не перелётные птицы. Скорее они птицы кочевые. Свиристели обладают очень хорошим аппетитом, рекордной прожорливостью. Летом они питаются разнообразной растительной и животной пищей, а осенью и зимой, когда насекомые прячутся и впадают в спячку, свиристели переходят на растительный рацион.

Свиристель

Они обожают разнообразные ягоды: боярышник, аронию, рябину, бруснику, клюкву, калину, иргу. Поедают их в огромных количествах. В зимнем таёжном еловом лесу с ягодами как-то напряженно, и свиристели перемещаются в среднюю полосу, в лиственные леса и даже в города. Очень любят свиристели рябину. В поисках рябиновых деревьев они стайками порхают по московским дворам. Ещё вчера ягоды рябины алели на фоне снежных сугробов, а уже сегодня на нашем рябиновом дереве под окном уж нет ни единой ягодки. Зато на голом асфальте под деревом — море непонятных алых точек. Это помёт свиристелей.

Свиристели едят так много ягод, что пища не успевает перерабатываться у них в организме и выходит вместе с помётом в малоизменённом виде. Эти красные шарики были когда-то ягодами рябины, а теперь… Впрочем, в отличие о помёта других городских птиц, отталкивающего впечатления свиристельные следы не производят, даже не смотря на то, что они нехило запачкали какашками нашу, стоявшую под рябиной машину. В остатках оранжевых ягод угадываются косточки, которые практически не переварились. Говорят, что благодаря свиристелям происходит массовое распространение ягодных растений и деревьев по средней полосе, так как прошедшие через кишечник птиц семена обладают хорошей всхожестью. Птицы же разносят эти семена везде, где только можно.

Свиристель на рябине

Стаи свиристелей могут быть достаточно большими, до тысячи особей за раз. Мне порхание и копошение на ветках стаи свиристелей напомнило виденный в том же северном Казахстане рой саранчи. Свиристели объедают всё, что только могут найти. Кроме рябины, их любимого зимнего лакомства, они объедают почки деревьев, гоняют воробьёв от кормушек с семенами. После прожорливых голосистых птах местным птицам мало что перепадает. Свиристели почти не боятся человека, могут прыгать по веткам рядом с ним, давая себя рассмотреть и сфотографировать во всей своей красе. Не стоит их обижать, пользуясь их доверием.

Иногда, особенно в больших городах, со свиристелями происходят неприятности. Не раз уже были отмечены в Москве, Новосибирске и других городах случаи массовой гибели птиц от удара о препятствия: зеркальные окна, световую рекламу и т.д. Свиристели летают быстро, подчиняясь стайному инстинкту, поэтому иногда просто не успевают сманеврировать и избежать столкновения с окном или другими конструкциями. Возможно их слепит солнечный свет, отражаясь от стёкол, а возможно птицы переедают ягод и пьянеют, теряя ориентацию. Есть версия, что разбившиеся свиристели в городах травятся ядами, попадающими на ягоды рябины из загрязнённой автомобильными выхлопами городской атмосферы.

Есть что добавить? - Поделись мнением с народом!
Пожалуйста будь вежлив, не ругайся и не переходи на личности.

 

 

 

Новенькое на сайте:

Реклама